Некия
Глава 27.
В которой изо всех щелей лезут тени прошлого.




Иногда люди, когда хотят показать, как они устали, говорят о себе: "Я как выжатый лимон!"
Оскар сейчас чувствовал себя лимоном, попавшим под гидравлический пресс, который сплющили, выжали до последней капли, а потом еще и высушили до хрустящей корочки. И не мог понять, как он до сих пор ухитряется держать глаза открытыми и переставлять ноги.
Наверное, несмотря ни на что, в нем еще оставалось немного сока.
Хотя это казалось совершенно невозможным, учитывая, сколько энергии он сегодня затратил.
Таковы люди. Они отдают больше, чем имеют сами.
О том, чтобы отнести Ворону в Башню на руках, не могло быть и речи. Оскар беспокоился о том, как бы самому не рухнуть ей на руки по дороге, но, по счастью, все обошлось.
Ворона по пути вопросов не задавала и он ей был бесконечно благодарен. Не то, чтобы он не хотел ей ответить. Просто сил не было ни на что.
На лестницу он даже не посмотрел - рухнул на диванчик в кухне.

Тени шуршали за ними еле заметным чернильным ручейком, точно чувствовали себя в своём праве, раз уж их вспомнили. Ворона не оглядывалась на них, но знала точно, что они есть - ползут, текут, следуют неотступно, легко спрячут, если кому-нибудь менее могущественному, чем бессмертным, захочется вдруг замахнуться на неё.
Сосуд, который нельзя разбивать.
На котором стоят все мыслимые и немыслимые защиты.
"Ночной, блин, горшок, в котором бродит драгоценное вино, от того что виноделу не нашлось другой посудины в момент вдохновения..."
Чувства были растрепаны, мысли звенели и обрывались на полуслове. Маска, которую она так и не выпустила, оттягивала ладонь, щурила пустые глазницы насмешливо - ну что, будешь рассказывать ему о своих приключениях? Будешь утверждать, что он тебе не хозяин?
Ворона отмахивалась от неё. Она вообще слабо представляла, зачем тащит с собой весьма сомнительный сувенир из весьма сомнительного места. Может быть, дело было в её любви к маскам вообще. Может быть, в некотором идиотизме. Может быть, внезапно проснулась дремавшая прежде жадность...
Только на кухне Башни она смогла уложить маску на стол. Закатный свет из окна играл на белой коже, рождал на ней подобие живого румянца.
Показав маске язык, Ворона пошла добывать чайник и искать заварку. Впрочем, вид у Воки был такой, что хотелось накрыть его одеялом и убраться на цыпочках в другую комнату. чтобы не мешать ему отдыхать... Останавливало её, возможно, отсутствие одеяла.
- Чай будешь? - спросила она, разжигая огонь, и подумала как-то печально, что хорошо бы кофе...
Но где-то сейчас был Дезмонд, который умел его готовить?
"Вот они, последствия прощания с шизофренией"

Чай? Ему сейчас требовался не чай, а хорошая порция убийственной страсти... или злости. На худой конец, сошел бы и панический страх, или тотальная безысходность...
- Буду, - кивнул Оскар и тихо добавил, - И, пожалуйста, положи побольше сахару...

Ворона пила чай без сахара.
Всегда - это был какой-то закон её собственной маленькой вселенной. Возможно, привычка пошла от отца, который всегда пил чай огромными кружками по поллитра, заедая одной карамелькой, а, может быть, из убеждения, что так напиток куда вкуснее и ничто не портит его собственный вкус...
Впрочем, если о сахаре просят - значит, он нужен.
Сначала она заглянула на нижние полки и в нижние шкафчики. Потом пошарила по шкафчикам верхним и, не найдя, вздохнула от безысходности и подтянула к себе табуретку. Возможно, Воки с его ростом легко доставал до нужной высоты, но ей было не дотянуться.
А ведь никогда не чувствовала себя низкой...
Сахар обнаружился в большой белой банке на самой верхотуре. Ворона зачерпнула его ложкой и щедро сыпанула в чашку, предназначавшуюся Воки, сразу несколько, да с горкой.
Возможно, сработала интуиция.
- Держи, - прокомментировала она, наконец, устраиваясь рядом с диваном прямо на полу и протягивая демиургу его чай. Нужно было рассказывать, но, может быть, лучше было завтра...
Она не знала, что говорит в ней - сочувствие или малодушие.

читать дальше

@темы: Город, Оглавление