Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: междуглавие (список заголовков)
00:05 

Междуглавие 9. Седьмое веснаря. Вечер-ночь

Некия
Междуглавие 9.
В котором Китобой встречает Мари и знакомится с хозяйкой теневой стороны "Дайса".




Он снял футболку и нес её в руках. Вода стекала по груди струями, водопадом спадала по спине, капли путались в волосах на затылке, он шел среди ливня, словно вовсе не замечая его. Губы его шевелились - он молился.
Его молитвы не были набором воззваний и восхвалений, как в большинстве религий. Они были наборами звуков и слогов, ритмичными, сложенными так, чтобы облегчать миру боль от людских движений или делать его собственную дорогу безболезненной.
Однообразные, четкие ритмы, приходившие к нему чаще всего во сне.
Мостовые здесь были мощеные, затейливые флюгеры мотались под ветром. В строчных канавах неслись полноводные реки, а в них мусор, которого много в любом городе. Город не походил ни на европейские города, которые он видел в своих странствиях, ни на русские.
Создан был словно бы из смеси всего, вынут из сказки и расплывчатых людских фантазий.
Через некоторое время он увидел прыгавшую по лужам девочку. Та была босой, и словно бы плясала, подпрыгивая и вертясь прямо посреди полноводного ручья, в который превратилась улица. Вокруг не было ни души, в окнах домов горел тусклый свет.
Ребенок был хорошим собеседником для начала.
Он потянул эту свою маску - их арсенал пригодился бы ему везде - и окликнул девочку:
- Эй!
Та обернулась и он, казалось, сумел увидеть, как она измеряет взглядом расстояние и убеждается, что сумеет убежать. Через все лицо у неё тянулся шрам от когтей.

читать дальше

@темы: Город, Междуглавие

18:48 

Междуглавие 8. Седьмое веснаря. День-вечер-ночь

Некия
Междуглавие 8.
В котором идёт дождь, а Рыбка кое-что вспоминает.




На улице Плащей и Кинжалов хлестал проливной дождь. По-летнему буйный и по-осеннему холодный. Август передёрнул костлявыми плечами и поглубже забился под широкий жестяной карниз, служивший ему временным убежищем. Он был голоден, но о полётах в такую погоду было нечего и думать. Август сердито клацнул зубами и уставился на мягко освещённые окна соседнего домика. Этот дом оскорблял взор жителей Теневой стороны просто одним своим наличием. Выкрашенный весёленькой, ярко-оранжевой краской, которая никак не желала выцветать до допустимого правилами местного приличия тускло-коричневого, он дерзко выделялся среди прочих, одинаково уныло-невзрачных домов, словно дикая орхидея, выросшая среди бурьяна.
Этому домику неоднократно бросали камни в окна, раз или два пытались поджечь, но злоумышленники каждый раз почему-то исчезали при таинственных обстоятельствах, и мало-помалу за домиком закрепилась дурная слава заговорённого, а покушения постепенно сошли на нет.
На подоконнике, в двух симпатичных ящиках из светлого дерева, радостно и задиристо желтели десятки одуванчиков-бессмертников, разгоняя подступающую серость и хмарь. В цветах деловито копошился пушистый сиреневый зверёк - его нос был густо выпачкан в золотистой пыльце.
Август раздражённо фыркнул, переступил с лапы на лапу - когти скрежетнули по ржавой ободранной жестяной крыше, служившей ему насестом - и сунул голову под крыло. Его нервировали не одуванчики, и не единственный солнечный заяц на Теневой стороне, такой же вопиюще нелепый, как и оранжевый дом посреди царящего вокруг мрачного нуара. Август был горгульей - опытной, матёрой, закалённой в воздушных драках. Ему доверяли не только письма, но и ценные посылки - всем известно, что горгульи - лучшие почтальоны, они никогда не путают адреса и не теряют доверенные послания. В какой бы части Города ни находился адресат, можно было быть уверенным - горгулья доставит письмо точно в срок, если ей не помешают. Август был одним из лучших, он обладал прямо-таки потрясающим нюхом на письма. И сейчас он нервно топтался в своей уютной нише, тряс ушами и то и дело слизывал длинным шершавым языком шальные холодные капли с иссечённой боевыми шрамами морды.
В оранжевом домике жгли не отправленные письма. Много писем. Целые десятки. Август чуял запах посланий, обращённых в серый дым, и от этого запаха ему становилось неуютно на душе.

читать дальше

@темы: Город, Междуглавие

10:03 

Междуглавие 7. Шестое веснаря. Вечер - ночь.

Некия
Междуглавие 7.
В котором рассказывается о трудностях межрасового взаимопонимания.




- Заколебало, - заявил Сергей и запустил в стену отвёрткой. Уронил голову на сцепленные руки и просидел так несколько секунд. Потом, что-то ворча под нос, поднялся, подобрал ни в чём не повинный инструмент и положил на место.
- У меня всё равно ничего не получится, - попытался он оправдаться. - Эта штука вообще ходить не должна. Она цепляться будет за всё что можно. При условии, что хотя бы сможет стоять. Двигательные аппараты так не делаются, понимаешь?
Бац-Бац под потолком задумчиво щёлкнул жвалами. Он никогда не спорил. Не в последнюю очередь - благодаря отсутствию хоть какого-нибудь речевого аппарата.
- Ну не знаю я, что мне делать, не знаю, - Сергея, видимо, вполне устраивала и такая реакция. - У меня противоречивые задачи. Несовместимые. Почему они все не могут быть как ты?
Не прекращая жаловаться, он вышел из мастерской, сбрасывая на ходу халат. Паук следовал за ним по потолку. Больше он даже не щёлкал - только слушал.
- Пойду пройдусь, - сообщил механик, снимая с крючка штормовку. - Будут ломиться Валеты - откусывай головы сразу.
На Светлой стороне он повесил табличку "Ушёл на базу". Теневую предпочёл оставить как есть.

В этом городе ему никогда не удавалось долго раздражаться. Улицы привычно ложились под ноги, петляли, вели знакомыми любимыми маршрутами, и с каждым шагом злость и усталость улетали прочь. Последние солнечные лучи скакали по крышам, отражались в оконных стёклах, заглядывали в глаза, будто приветствуя и играя.
История повторялась - этой ночью Сергей снова проснулся часа в три и работал почти без перерыва до самого вечера. Рано или поздно тело должно было припомнить ему все издевательства, но сейчас не было даже сонливости. Механик вдыхал прохладный вечерний воздух, шагал по пустынным улочкам Светлой и старался ни о чём не думать.
Получалось до самой окраины, когда вместо привычной брусчатки под ногами оказалась трава, а шум и перезвон отходящего ко сну города сменились шелестом деревьев. Сергей запрокинул голову, глядя на верхушки сосен, явно разменявших не один век. В этой части карманного мира ему бывать ещё не приходилось, он даже не знал, что рядом с Городом вообще есть хоть что-то. Покосился на ботинки - не самая подходящая обувь для прогулки по лесу. А затем махнул рукой и зашагал по узкой лесной тропинке.

читать дальше

@темы: Оглавление, Междуглавие

10:35 

Междуглавие 6. Шестое веснаря. Ночь.

Некия
Междуглавие 6.
В котором на кладбище встречаются двое Бессмертных. И больше ничего, ровным счётом, не происходит.




Когда стемнело, Оскар подошёл к кладбищенской ограде. Или, может быть, наоборот, стемнело, когда он к ней подошёл? Наверняка сказать было невозможно - городское кладбище являло собой особое место - особое даже для Города. Высокая кованая ограда потемнела от времени и непогод, хотя непогоды в Городе - относительно редкое явление. За оградой зеленели могильные холмики, шелестели вековые сосны и кипарисы, плакали мраморные ангелы, прижимая к лицам замшелые ладони.
В сумерках между могил имели обыкновение бродить тоскующие духи, порой ведьмы приходили за крапивным волокном или косточкой утопленника. Лунные лисицы собирались танцевать на могильных плитах каждое полнолуние - и тот из смертных, кому доводилось подглядеть за их танцами, к утру исчезал бесследно.
Но самым занимательным было то, что кладбище не принадлежало ни Светлой, ни Теневой сторонам, оно было само по себе, являя собой бесспорное доказательство того, что смерть уравнивает всех.
Витая тяжёлая калитка протяжно скрипнула, пропуская одинокого посетителя - словно предупредила. Оскар побрёл по центральной аллее, машинально читая надписи на каменных надгробьях. Под подошвами шуршал мелкий гравий, в голове шумело.

Серый шел не тайными тропами, а своими ногами. Возможно, не хотел тратить силы. Возможно, хотел проветрить голову. Возможно, хоть вероятность и была исчезающе мала, что ему просто захотелось посреди ночи погулять по кладбищу. Клетка чувствовал его - каждое движение, каждый шаг, каждый вдох - и улыбался. По мановению его руки затеплились свечи. Прозрачная кошка, заведшая привычку ночевать в часовне, повела ухом, но не проснулась.
Мир подрагивал. Клетка чувствовал его дрожь. Он сам был землей, деревьями и воздухом. Он видел Цвета, перетекающие друг друга, друг друга заканчивающие и продолжающие. Он был натянутой струной, на которой трепетал мир. Он был ладонями, в которых бабочка-мир складывала крылья.
Тропинка под ногами Серого вильнула в сторону, уходя прочь от часовни.
Старая, как мир, игра. Старая, как мир, уловка.

читать дальше

@темы: Город, Междуглавие

15:12 

lock Доступ к записи ограничен

Некия
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:11 

Междуглавие 6. Первое веснаря. Утро - день.

Некия
Междуглавие 6.
Которое можно и не читать, так как в нём всё равно не происходит ничего принципиально важного.




Через щели в рассохшейся дощатой крыше пробивались солнечные лучи, полные танцующих пылинок. Один из них, медленно переползая по полу, добрался до длинного уха, покрытого нежно-сиреневым пушком, которое торчало из вороха тряпок в углу. Добрался и слегка пощекотал. Ухо дёрнулось, потом под тряпками заворочался небольшой бугорок и наружу высунулась любопытная мордочка солнечного зайца. Зверёк косо повёл глазами из стороны в сторону, понюхал воздух, пахнущий пылью и весенним солнцем, чихнул и завозился, выбираясь из укрытия.
- Ну ещё пять минуточе-е-ек! - умоляюще донеслось из того же вороха.
Весна там, или не весна, а Апрельская рыбка страсть как не любила рано вставать по утрам, поэтому она натянула ветхое одеяло на голову, чтобы назойливое солнце не лезло в глаза, и перевернулась на другой бок.
Заяц шустро провёл лапками по мордочке, умываясь, потом беззвучно поднялся, скакнул на внутренний скат крыши, а с него - на игрушечную лошадку, покрытую выцветшей, облупившейся краской. Лошадка качнулась, по-старчески скрипнув.

Под столом что-то завозилось, издавая тряпичный шорох и невнятное мычание. Потом это что-то, резко вскочив и поднимая за собой гору тряпок, которыми было накрыто, стукнулось о столешницу, издало громкое, хотя и приглушенное, ругательство, и стремительно выползло из-под стола. Остановившись на некотором расстоянии от напавшей на него мебели, что-то покрутилось на месте, запуталось в тряпках, с грохотом рухнуло на пол, снова приглушенно выругалось, повозилось уже лежа на полу, разворачивая кокон тряпья и, наконец, нащупав выход дернулось вверх, являя всему миру пыльного, заспанного и измазанного какой-то непонятного происхождения гадостью Кона.
- Ну якорь же мне в задницу, провернуть и отчалить, - зевая во всю глотку, оповестил о своем пробуждении парень. Клацнув зубами в конце зевка, он потер ушибленную голову, нашарил где-то в куче изрыгнувшего его тряпья котелок, водрузил его на место, не отряхивая, и, в конце концов, открыл слипшиеся глаза.
Некоторое время Коновей молча моргал, глядя перед собой. Потом стал ворочать головой и моргать заметно чаще. Потом он быстро пробежался руками по собственному телу, ощупывая его пальцами, словно пытаясь убедиться, что оно настоящее. Добравшись до щеки, он потер ладонью свежую щетину а потом резко ущипнул сам себя за кожу.
- Ах ты ж каракатица вонючая, шлюпку тебе в хребет!.. - видимо сильно ущипнул. Но, прервав поток ругательств, парень вскочил на ноги, еще раз ощупал себя с ног до головы и, вдруг раскрыв рот, заорал во все горло:
- Ааааааааааааааааааааааааа!!!!! Ааааааа-ххаа-ахха-ххххххаааааа! Получилось!!!! ПО-ЛУ-ЧИ-ЛОСЬ!!!!!! Хххааааххахха!!!!
И тут же стал, пританцовывая, скакать по комнате, распевая свое:" ПО-ЛУ-ЧИ-ЛОСЬ!"

читать дальше

@темы: Город, Междуглавие

12:21 

Междуглавие 5

Некия
Междуглавие 5.
Другие события на Изнанке Миров. Неоконченный сон.




...Поезд мерно покачивался и усыплял перестуком колес. Солнце неторопливо уползало за холмы, неровной грядой тянущиеся на горизонте. В купе Ян был один и смертельно скучал. Пробовал считать проносящиеся мимо столбы — на 513 сбился и бросил. Складывал самолетки из газеты. Три раза — пока не кончились сигареты — выходил покурить. Во всем вагоне кроме него был только пьяный в хлам проводник, да трое странных мужичков, ни с кем из них дел иметь не хотелось. В надежде найти собеседника он направился в вагон-ресторан. Задумчиво встал, отодвинул дверь купе...

***


Мир спал.
Спала девочка, свернувшаяся в клетке ребер. Спала кошка у неё на груди.
Спал мальчик в потрепанном спальнике.
Даже Серый спал в своей Башне, намертво вмерзнув в лед, перестав дышать.
Не спал только Клетка.
В нем было слишком много Пурпура, чтобы уснуть. Слишком много звенящей, пьянящей силы. Зимняя ночь выла метелью за стенами часовни, злилась, бросая пригоршни снега в окна...
Клетка слушал её вой и дремал, подсматривая сон девочки одним глазом.
Там мешались многие люди и многие вещи, что-то начиналось и что-то кончалось. Дети пробирались к Серому со своими вопросами, и Клетка смотрел на них со сдержанным интересом, слушая, как стучат упрямые Цвета в их жилах. Не сумев пройти сквозь зиму, уснув по велению законов мира, они все-таки нашли обходной путь и рвались по нему с упрямством, которое заставляло Пурпур петь.
Смертные, ищущие своего бога...
Клетка ухмылялся и ждал.
Знал - когда они дойдут, мир изменится снова и придет его очередь вступать...
Время тянулось, как патока, но ничуть не приедалось ему.

читать дальше

@темы: Изнанка миров, Междуглавие

03:24 

Междуглавие 4

Некия
Междуглавие 4.
В котором в Город прибывает Ян, сразу же попадает на кладбище, и у Клетки прибавляется сновидцев. А еще - окончательно наступает зима.




В купе Ян был один, в вагоне — тоже, последние пассажиры вышли час назад, когда поезд долго стоял у невзрачного, современной постройки, вокзала. Он привычно грыз карандаш и смотрел в окно на унылый зимний пейзаж — голые ветки деревьев, голые поля, чуть присыпанные снегом, редкие россыпи корявых домишек да петли дорог. Радость от побега проходила, в голове роились вопросы и сомнения: куда идти, зачем? стоило ли начинать эту авантюру? Он не помнил до какой станции взял билет и не был уверен, что еще не проехал ее. Проводник не показывался, вероятно, спал после ночного кутежа с приятелями из соседнего вагона.
Вдалеке показался город. Наверняка там будет остановка. Ян решил, что это место ничем не хуже других и начал собираться. Надел пальто, несколько пижонски замотал шею полосатым шарфом, закинул за спину рюкзак, к тяжести которого все не мог привыкнуть, и двинулся к выходу.
Минут через десять, когда поезд остановился, помятый и заспанный проводник недоуменно смерил Яна взглядом и открыл ему дверь, что-то пробурчав вслед. Снаружи было неожиданно холодно. Смеркалось. Ян убрал в карман изгрызенный карандаш и огляделся пытаясь понять, куда идти. Фонари не горели, окна все как один были темны, город казался мертвым и заброшенным. Он тряхнул головой, отгоняя дурацкие мысли, обошел здание вокзала и направился прямо по первой попавшейся улочке — авось выведет куда-нибудь в центр или хотя бы к гостинице.
Через полчаса улица привела его к кладбищу. Невдалеке виднелась часовня и Ян рассудил, что это уже неплохо и стоит зайти погреться да спросить, где здесь можно остановиться на ночь.

читать дальше

@темы: Междуглавие, Город

01:07 

Междуглавие 3

Некия
Междуглавие 3.
В котором Пси находит и снова теряет Ворону и Дезмонда, Чарли находит Анфи, Степной находит себе дом, а Ворона и Дезмонд находят Теневую сторону Города.




Дорога оказалась на удивление пыльной; тонкий, красно-желтый слой покрывал все ветровое стекло, через открытые окна залетал в салон. Пси чихнула, старательно удерживая старенький пикап ровно посередине дороги и с сожалением оглядела себя, жалея новые вещи. Конечно, выбрасывать их не придется, но такая пыль въедалась глубоко - ранее красно-белая рубашка в жизнерадостную клетку приобрела однотонный охристый оттенок, а новенькие голубые джинсы превратились в пылесборник. Запрещая думать о том, что стало с волосами, Пси немного нажала на газ, стремясь приехать уже куда-нибудь. В открытом кузове заворчал Степной, разбуженный тряской на ухабах.
Слишком уж монотонной получалась поездка - дорога тянулась километр за километром, все такая же пыльная и прямая, на обочинах не было даже признаков жилья, а чахлые кустики даже не заслуживали права называться деревьями. И, вдобавок, магнитола сдохла - Пси тяжело вздохнула - на прошлой остановке, так что из звуков было только шуршание шин и возня Степного в кузове. Пси прокляла тот день, когда купилась на предложение незнакомца.
- Эта машина привезет Вас именно туда, куда Вы пожелаете. - Девушка не без иронии передразнила гнусавый выговор коренного техасца и повела плечами. Руки начало знакомо сводить, и Пси уже прикидывала, где остановиться, когда пикап чихнул пару раз и намертво встал посреди дороги.
- Твою мать! - Девушка взвыла благим матом, вывалилась из машина и зло пнула колесо. И без заглядывания под капот было ясно, что грузовичок банально перегрелся. Пси прищурилась и посмотрела на солнце, прикидывая на сколько еще хватит воды. Расчеты выходили неутешительными. Но делать нечего - девушка обошла пикап и, подтянувшись на руках, скользнула в кузов в поисках канистры. Вот тут-то и подстерегал облом - на канистре вольготно развалился Степной, явно не собиравшийся двигаться с места. Двигать эту тушу казалось нереальным, так что Пси просто глубоко вздохнула и сурово пообещала:
- Это последний раз, когда ты выставляешь меня дурой! - на это волк только лениво приоткрыл глаз и махнул хвостом - мол, начинай.
Такого мир еще не слышал. Самая ужасная пародия на йодль, какая только может быть, звучала недолго - и слава Богам. Пси откашлялась, выдернула уже свободную канистру и почти прорычала:
- В следующий раз петь будешь ты! - Волк согласно дернул ушами и перелез под брезент. Девушка только покачала головой и потащила канистру к капоту.
После того, как необходимая порция влаги была залита, пикап соизволил завестись и лениво покатился по дороге. Пси только успела настроится на много скучных часов, когда перед носом выросли ворота. Буквально - только вот была дорога и тут же ворота. Причем - Пси присмотрелась - замысловатые, кованые, с узорными завитушками и выгнутой надписью.
- Добро пожаловать в Город. - Девушка с трудом разобрала слова, с любопытством оглядела Город и решительно нажала на газ. Ворота разошлись от несильного толчка бампером, и пикап уверенно покатился по брусчатой мостовой.

Немногочисленные местные жители, попадающиеся на пути, удивленно поглядывали на машину, невесть откуда взявшуюся посреди улицы. Среди ажурных оградок и миниатюрных аккуратных палисадников, грохочущая по камням, чадящая выхлопными газами развалюха казалась чудовищем из другого мира. Привлеченные ревом мотора, горожане оборачивались, высовывались из окон, выбегали на балконы и возбужденно переговаривались, обсуждая невиданное событие.

На них обращали внимание все. Кроме одного лохматого, глубоко задумчивого парнишки в белом свитере и черных брюках, который, прижав к груди пачку исписанных листов, как раз переходил улицу и был настолько погружен в свои мысли, что рисковал угодить прямо под колеса пикапа.

Отвлекшаяся на рассматривание улиц, Пси едва успела нажать на тормоз, не заметив парня перед бампером. Девушка облилась холодным потом, пока изо всех жала на педаль, но пикап не сумел остановиться полностью и ощутимо толкнул парня, отчего тот упал.
Выматерившись сквозь зубы, Пси распахнула дверцу и подбежала, на ходу крича:
- Эй, ты в порядке?

читать дальше

@темы: Город, Междуглавие

10:11 

Междуглавие 2

Некия
Междуглавие 2.
В котором Апрельская рыбка видит во сне Стервятника, Мишеля и Антонина Долохова, Долохов будит Рыбку поцелуем, а Воки шлет кому-то приглашение в гости.




- Ты чертовски назойлива девочка. Расскажи мне что тебе здесь нужно?
- Назойлива? Кто бы говорил? Я прихожу сюда немного побояться.
- Ты бы говорила...хии-ии-ии Ну, броди-броди. Заблудишься, тут останешься.
- Может, и останусь... деваться мне пока всё равно некуда....
- И не надейся, тебя непременно разбудят.
- Я тебе настолько не нравлюсь? Слушай, я хотела спросить по твоего... ммм... хозяина? Про сэра Долохова. Он там как, все еще занят?
- Если его очередная игрушка еще жива, то занят. - тянет Стервятник - Хочешь я открою тебе маленькое окошко, и посмотришь сама?
Первый вопрос он игнорирует.
Рыбке жутковато, но любопытство сильнее.
- Хочу. А он против не будет?

Стервятник задумчиво пошевелил пальцами. И потянул на себя невидимую нить. Камень из стены плавно исчез.
- И не называй его моим хозяином - Стервятник возник за спиной Рыбки мгновенно, как последний вздох. Две ледяные ладони стиснули ее плечи, а голос звучал внутри головы.
- Если я его Птица, это не значит, что он мой хозяин.
В каменном просвете странным образом была видна вся комната. И на данный момент, в темно-красном интерьере из бархата и шелка, выделялась только одна белоснежная деталь. Голый мальчик, с белоснежной кожей, сияющей в бархатно-красном мареве, как алебастр. На изящной шее, не менее изящный ошейник, с тонкой цепью А цепь тянется к ножке кресла. Парень то ли спит, то ли просто не шевелится свернувшись клубком, светлые волосы рассыпались по спине, а пальцы подложены под щеку.

- Красиво... - одними губами шепчет Рыбка. От рук Стервятника по телу бегут ледяные мурашки. Странное, неуютное чувство - хочется втянуть голову в плечи, а еще лучше - сжаться в комок, спрятаться.
- Чистая прелюдия. Видишь его еще нет, и глупый мальчик спит. - низкий голос Стервятника лился прямо в ухо, он слегка сжал пальцы на плечах девушки, -Сейчас откроется дверь, и начнется ... хочешь посмотреть?
- Не знаю... хочу, но это как-то... неэтично. Подглядывать без спроса.
Холодные руки не пошевелелились. Не стала мягче их хватка.
Мальчик поднял голову, белая кожа серые глаза, от был почти бесцветным. Он поднял голову и настороженно посмотрел на дверь.
- Смотри... А сейчас он придет.

Дверь влетела в дверной косяк.
- Ну, мон шер ами? Выспался? - промурлыкал Долохов заходя в комнату.
- Ну-ну, без истерик. Я же тебя вылечил. Ни синяка ни шрама. - Долохов стоял на пороге. Тонкая красная мантия, штаны и рубаха. Волосы перетянуты лентой, пальцы усеяны кольцами. Рослый, еще не старый мужик.

Долохов - красивый. И страшный. Как сфинкс. Стервятник - страшный. Но интересный. Он дышит Рыбке в затылок, и сердце от этого ухает в пропасть.

- Ох, где я был... - Тони устроился в кресле, неторопливо. Обвил пальцами подбородок, кольца мягко заблестели в свечном сиянии.
- Тебе интересно?
Парень торопливо закивал. он стоял на коленях, положив руки на подлокотник кресла, и смотрел на Антонина не мигая.
- Я был у Люца - продолжил Долохов не меняя тона.
Мальчик вскинул бешеные глаза на Тони и истово рванулся прочь от кресла, утопающий к соломинке, цепь с издевательским позвякиванием швырнула его обратно.
Долохов продолжил не меняя позы и тона.
- И он расказал мне прелестную историю, про своего сына, честь и гордость рода и белесого проститута, которого я лично привел в их дом и представил как своего протеже...
Мишель издал сдавленный звук, в его глазах плескался откровенный животный ужас.

- Есть вопросы? - прошелестел Стервятник.
- Есть, - прошептала Рыбка, слегка кивая, - Что там у них произошло?
- Вот он - мотнул головой Стервятник пока пальцы Долохова натягивали безвольную цепь...
- Имел неосторожность очень понравится сыну друга Тони - уменьшительное имя в устах Черного звучало необычно, как будто тиикали часы То-ни. Мишель влекомый цепью, пытался что-то сказать.
- Мальчик хорошего рода избалованный донельзя возжелал и не получил... А его отец - Стервятник прищурился - Матерый гомофоб все понял, и высказал Тони.
Хлесткая пощечина дополнила паузу.
- И ...вот... Знаешь, малышка, ты интереснее чем кажешься - Стервятник выдохнул слова в волосы Рыбки и улыбнулся, невидимой и вполне осязаемой улыбкой.
По нежному лицу Мишеля потекла струйка крови. Антонин мягко улыбнулся. И посмотрел прямо в глаза Рыбке.

"Я сплю", - подумала Рыбка, - "Сплю и мне снится сон. Всё это слишком сюрреалистично, чтобы происходить на самом деле".
А еще она подумала, каково это - ощущать прикосновение ошейника, чувствовать натяжение цепи... и абсолютную власть над собой.
От взгляда Долохова у нее заполыхали щёки.

читать дальше




 

@темы: Город, Междуглавие

18:21 

Междуглавие 1

Апрельская рыбка [DELETED user]
Междуглавие 1.
В котором в Город прибывают Анфи, Ворона и Дезмонд, старые друзья предаются воспоминаниям в "Дайсе", Воки возвращается в Башню, а компания приключенцев лезет исследовать подземелья.




Апрельская рыбка ненавидела просыпаться по утрам. То есть, не то чтобы не любила, но перспектива тащиться на вокзал в шесть утра, когда рассветное небо еще дышит ночным холодом, мостовые мокры от росы, лавки еще не открылись и на улицах - никого, кроме дворников и пары бродячих кошек... И кто придумал эту традицию - прибытие поезда на рассвете?! Да никто, - сама себе отвечала Рыбка, зябко передергивая плечами на ходу, - традиция эта сложилась сама по себе. Как и большинство традиций в Городе. Ранним утром прибывает поезд. Поезд привозит новичков. Новичков необходимо встретить, поприветствовать и проводить до приюта. Вообще-то эту функцию должен был выполнять Джаббервок, но того как назло не было в Городе, и неизвестно, когда он соизволит появиться... Рыбка вздохнула и ускорила шаг, чтобы согреться.

По известному закону подлости, она пришла на вокзал минут за тридцать до прибытия. Прогулялась туда-сюда по перрону, сердито стуча подошвами по цветным плиткам, потом махнула рукой и завернула в крохотное привокзальное кафе. Кофе здесь подавали не самый лучший в Городе, но зато тут было тепло и - а это немаловажный факт! - забегаловка работала круглосуточно.

Рыбка устроилась с дымящейся чашкой в руке напротив окна, где весь перрон был как на ладони - идеальный наблюдательный пункт - и приготовилась ждать.

***

читать дальше

@темы: Город, Междуглавие

НЕКИЯ

главная